Category: эзотерика

Category was added automatically. Read all entries about "эзотерика".

К медитации!

Народ начал в комментах гнуть мечи и рвать стрелы в воздухе, спасая репутацию Путина после того, как я опубликовал несколько видео, в которых Путин признаётся в существовании целой программы "государственных убийств".

Огорчительное весьма дело смотреть, как приличные люди волнуются из-за человека неприличного - Путина.

Чтобы всем стало спокойно, я решил запостить картинку, совершенство и верх искусства своего рода. Она так неизбывно хороша, что глядя на неё, можно успокаиваться. Ну, только если вы не азербайджанец: тут вас хватит удар. Остальные могут смотреть на картинку и наслаждаться безумием прекрасным, тихим и затягивающим в спокойное, ровное веселье:




Добра вам, люди.



Оригинал этой записи находится на https://i-delyagin.dreamwidth.org/70958.html
Вы можете всегда оставить комментарий там с помощью OpenID

Путь к безликому

Начинал я этот пост перед Новым годом и хотел опубликовать его до праздника. Но вышло как вышло — все мы распяты на дыбе обстоятельств — пост выйдет только сейчас. Остаётся только надеяться, что другие планы, а планах серия таких постов, все же состоятся.

Теперь к делу: пора прикинуть, к чему привели прошедшие времена - не один только прошедший год, к чему ведёт будущее, что может, случиться уже в этом Новом 2018 году.

Будущее IT теперь – торговля гадательными картами, персональными божками и возрождение великого безликого.

Collapse )

Оригинал этой записи находится на https://i-delyagin.dreamwidth.org/57413.html
Вы можете всегда оставить комментарий там с помощью OpenID

К вопросу об англичанке и ремесле гадателя

К вопросу о том, что такое англичанка, как управляется наш мир, где его нервные узлы, действительно-ли мир плывёт по волнам хаоса, как работать мистиком на полставки в таком мире, и многое, многое другое.

Collapse )

Герменевтика - 1. Пришествие

Есть старые сказки, да люди их забыли, был клубок, который путь покажет, да его в коробку с детскими игрушками кинули, игрушки – потеряли, была старая игла, в которой кощеева смерть, так её вовсе с бабкиным барахлом выбросили, как бабка умерла.

И вышло дурно, что ни сказать, ни разъяснить. Уселся кощей среди теней, где никто не видит, глаз то на свету слепнет, то в тени тонет, и запутал Кащей весь мир мороком, да так, что не выбрести, не спастись. Смеется кощей бессмешной желтой вечной улыбкой на безглазом безносом костяном лице – никуда не денетесь, никуда не сбежите.

И, верно, вышло слепое и верное узилище, в которое разве мышкой проскочить, и протащить не больше крошки с собой.
Так и приходится – белыми хлебными крошками намеки таскать, чтобы путь из ловушки наметить.

Collapse )

Calaca

Это герцогиня Кембриджская. Она плохо обучена (дождитесь загрузки анимированных gif-ок, пожалуйста):




Она что-то видит смешное ей и сразу выдает себя.
- Смотрите на уголки рта
Спохватывается, отводит глаза, чтобы не дать зрелищу дать верх над своим внутренним миром, иначе внутренне выйдет из под контроля и она рассмеется.
- Смотрите на глаза
И только тут вспоминает, чему учили
- Смотрите на горло и грудь, она старается продышаться, как это ей преподали, контроль над дыханием.
Наконец, это ей помогает.

Герцогиня здесь плохая ученица – выдала себя полностью.

А вот человек, усвоивший урок:

Смотрите на Билла Клинтона, можно-ли что сказать по его лицу?



Особенно это понятно в сравнении с лицом Моники Левински, пожимающей его руку.


Но еще более становится понятно кто есть Билл Клинтон, здесь:



Выражение лица Билла Клинтона на этом и предшествующим фото - оно не изменилось Это маска.

Зато лицо Моники – она на заднем плане пожимает руку Хиллари – выдает Монику. И это особенно оттеняет совершенство маски Билла Клинтона.

Они носят маски, они ходят среди нас.

От внешнего к внутреннему, этот принцип был известен задолго до работ Выготского, разработавшего учение об интериоризации навыков.

Люди, которые носят маску постоянно и в совершенстве освоились с промыслом, который, как разбой, требует ношения маски, внутренне деформированы.

Эмоционально холодный человек или аморальный, в какие-то моменты способен совершить огромные ошибки при принятии решений, требующих чистого рацио. Казалось бы, требуется только чистая логика, холодный расчет, не эмоции, не теплота, не порядочность, но что-то выпадает из личностного кругозора и решения становятся иррациональными и ошибочными.

В разведку вдвоем. Глава первая.

В разведку вдвоем. Глава первая.

***

Нагальный очутился в безлиственном голом лесу. Перекрученные черные стволы с черной трещинноватой корой, тянулись вверх под самую тучу, закрывавшую все небо, пока не начинались казаться карандашными росчерками. Все серело и выцветало в густой тени, отбрасываемой бугристой тучей. Окружающая перспектива терялась в сетке стволов, обступивших без выхода.

Внезапно весь лес колыхнулся сплошной волной и пришел в беспорядочное движение. Стволы, все разом и каждый протянулся в своем направлении, так что пространство кругом заполнилось перекрещивающимися штрихами, то выступающими из тени, то пропадающими в сгущающемся сумраке.

Нагальный окончательно пришел в себя. Переход в кармическую разведку в нижний мир всегда дается с легким шоком. Все тело стегает обжигающий удар, молниеносный, но ощутительный, как бьет лопнувший перед лицом воздушный шарик. И моментально, как будто исчезнувший с оглушающим треском шарик, пропадает физический мир. Шок перехода в первые секунды не дал понять, что происходит ужасное.

Туда, куда отправился в нижнем мире на кармическую разведку Нагальный, набрел великан. Самая большая часть этой туши, слишком большой, чтобы ее оглядеть всю целиком, живот, набряк огромной, рокочущей не останавливающимся пищеварением тучей над городом. Тысячи ного-рук, на которых держался великан, теперь засновали кругом, выуживая жителей города из домов, выхватывая с улиц, вламываясь в здания, безошибочно вылавливая каждого. Великан нашел на город, вернее, на тот же город в нижнем мире, будущее которого Нагальный собирался узнать и теперь великан разорял его. Великан ел. Великаны чувствовали вибрации от биения сердец и спрятаться или, еще смешнее, убежать от них никому не удавалось. Нагальный и не пытался, только тянул и тянул спасительный шелковый шнурок стоя на месте. Тянул, надеясь, что великан-опустошитель не схватит его раньше, чем удастся вынырнуть в реальность. Не схватит стоящего, когда все кругом трепещат и бегут в ужасе, привлекательной добычей. Схватит последним. Выловит одним из последних. Или хотя бы выиграть еще пару секунд.

Теперь, когда все потонуло в криках утаскиваемых в высоту жителей, все решал витой шнурок и жизнь, к которой удавкой он был привязан в реальности. Нагальный стоял среди дикого хорового стона гибнущего города и только тянул и тянул шнурок. А на той стороне, в реальности, хрипел тибетский мастиф, которого давила удавка, стянувшая шею под гривой. Если мастиф будет достаточно крепким, чтобы не умереть пока Нагальный не вынырнет, Нагальный спасется, если же веревка задавит его прежде, чем разведчик вылетит пробкой в реальность, спастись от великана не придется.

Нагальный держался хорошо, даже если принять во внимание, что от ужаса забыл закрыть глаза, чтобы окружающий кошмар не мешал сосредоточиться. Но когда к нему потянулась рука, обсаженная как ветвями пальцами, не выдержал и закричал неестественно, так, что стало крутить живот и кричал и кричал, недолгие секунды, пока пальцы великана не коснулись его и не стали взяться в кругом в узел.

***

Вечером перед ночью, когда и состоялось роковое гадание, к ним прискакал одинокий всадник. Сулил большие деньги, но серьезнее была важность просьбы. Гонец хотел узнать будущее, которое несла с собой просьба соседей, оборачивающихся новой империей, соседей, незаметно и вдруг ставших могучими и страшными завоевателями. Соседи просили заключить договор о мире.

Тут же в пустой степи, где и застал их всадник, вырыли яму, и развели в яме костер. Чтобы в ночи не было видно не только огня, но и отблеска, натянули кругом шкуры. Было от чего прятаться, было от чего гонцу искать гадания не в храмах, не в городе, а у отверженных в голой степи. Повадки соседей, предложивших договор, пока еще скрытые от мира, были зловещими, но и того, скрытого, что становилось известным, было достаточно.

Холодный ночной ветер хлопал шкурами, за ними блеяли не видимые в ночи овцы. Резко пахло пылью, сухостоем и сладко - кизяком. В черном котле варился жертвенный баран. Теперь, пока напарник-шаман не доест баранину, щепотью складывая пальцы и к каждому кусочку мяса присовокупляя кусок жира, выхода, кроме как вытянуть самого себя, ухватившись за желтый шелковый шнурок, не было. Или надо было жать, пока жрец доест барана.

***

С диким криком вывалился из темноты в свет и ничего не видя перед собой, упал, мало не достало, почти в костер, Нагальный. Рядом затихал хрипящий тибетский мастиф. Могучая собака все же дотянула, пока кармический разведчик не выпрыгнул обратно в мир, и теперь скончалась, задавленная петлей, накинутой на нее перед началом гадания.

Нагальный кричал и не мог остановиться. Халат на нем был порван, и он лежал на земле, а он все видел, как великан тянется к нему.

Никому, никому, даже в тот вечер Нагальный не рассказал про великана. Гонцу хватило одной этой сцены, чтобы понять ответ, и он умчался обратно в свой вольный город.

Нагальный никогда не поинтересовался, что произошло с этим всадником, с этим городом. Только потом, как-то само собой, пришлось узнать, что город был погублен, а все предложение на мирный договор было рассчитано даже не на вольный город, а на примыкавшее к нему какое-то царство, чтобы отвлечь его, дать время войскам дойти, и застать врасплох. Никогда, никогда, он не интересовался этой историей и историей великой войны, в которой она потерлась без следы среди бессчетных жертв. Просто потому, что в тот момент, когда увидел тянущуюся к нему змею руки понял, что все пророчество, которое он несет теперь с собой, оно и о нем же.

Вернее, в ту ночь он удержался одним инстинктом от рассказа напарнику – Ооржаку, старому жрецу, а потом вполне осознанно.

Рассказы о великанах среди кармических разведчиков, прорицателей и сногадателей ходили в сказках. Как понял Нагальный из увиденного и уместившегося в считанные секунды, прошедшие в нижнем мире, все о великанах числилось в сказках, просто потому, что свидетелей великаны-пожиратели не оставляли. И само то, что в делах людей своего круга хватало странного, но даже при этом условии великаны были сказкой, было зловещим знаком. Нагальный понимал, что великан продолжает в нижнем мире тянуться к нему.

***

Долгие годы Нагальный скрывался от своей судьбы. Но уже десяток дет он не мог отделаться от мысли, что только приближает ее. Нагальный бежал от своего дела, от людей, стал отщепенцем, но только понял, как смыкается предназначенное вокруг него. Он увидел, и узнал, что такими же по сути были маргиналы с другого конца – люди от силы и власти. И как их дела оказывались необыкновенно часто переплетены с самым дном из отверженных, бесследно для обычного человека из общества. И это все больше ему напонимало, как он оказался вмешан в ту историю про борьбу за власть на земле, и то, что часть, касающаяся его, все еще не завершена.

Теперь у Нагального был новый напарник. Нагальный вдумчиво подошел к решению вопроса, как вернуться к своему делу. В напарниках у него теперь был человек совершенного порока, когда испорченность переходит за пределы обыкновенной человеческого греха и когда грешник начинает ценить добродетель. Хотя бы за то, что она открывает прямые и простые дороги к людям. Напарник, улыбчивый человек, прямо глядящий в глаза, участливый и совсем не чванливый, сидел напротив, за тем же столом, за которым они сейчас кончили свой ужин. Ценного в напарнике для Нагального было то, что тот обладал способностью мгновенно и в любой момент вытащить из нижнего мира. Другое же было то, что как только в очередном городе в какую-нибудь ночь умирало сразу с десяток-другой человек, с равными промежутками времени, приходилось бежать из этого города. Просто потому, что все начинали искать напарника Нагального. Просто потому, что напарником у него теперь был лорд-отравитель. Он опускал в тот мир, в который приходилось идти на разведку, души людей, как противовес у лифта. И хитрым образом привязывал к ним разведчика, так, что тот мог гарантированно в любую секунду, круто взмыть обратно на явь. И делал это постоянно, пока разведчик бродил в нижнем мире. Бросал, так сказать, спасительный круг, один за другим. И хотя, доведись напарникам попасться, Нагальный не обращал на этот риск никакого внимания. Просто потому, что был уверен, великан все еще тянется к нему.

Теперь Нагальному предстояло отправиться в кармическую разведку, в первый раз за десять лет после той ночи. И он был уверен, что хотя бы что-то уже даже не знает, что тайнозрительствует – ему предстоит встретиться с тем же великаном. Ведь гадать опять придется на войну.